Опубликовано

Олигархические разборки с асинхронным электроприводом

В Украине продолжается показушная борьба с засильем монополий, в частности в сфере энергетики. Но при ближайшем рассмотрении эта возня сильно похожа на олигархические разборки. Даже в США, где существует мощное антитрестовское законодательство и традиция его жесткого применения, это далеко не полностью спасает от экспансии крупных корпораций, в результате чего в целом ряде отраслей и сфер социально-экономических отношений воцарился монополизм.

В свою очередь, в Украине антимонопольное законодательство является несовершенным и размытым, успешная и действенная практика его применения отсутствует вообще, а политическое и социально-экономическое влияние олигархов неуклонно крепнет, несмотря на громогласные заявления власти о деолигархизации . Не говоря уже о том, что власть либо олицетворяется олигархами, как в случае с Порошенко, либо, не особо скрываясь, обслуживает интересы тех или иных олигархических кланов, как в случае с Яценюком и прочими. Все более или менее громкие антимонопольные расследования в Украине в отношении олигархических структур оканчивались ничем. Зато подобные процессы очень удобно использовать в разного рода «договорняках» и «разборках» между олигархами.

Очередной акт показушного-антимонопольного шоу начался торжеством судебной системы, которая наконец сподобилась отменить явно незаконные решения власти в сфере тарифов на электроэнергию для населения.

Окружной административный суд города Киева 8 сентября 2015 года по иску Владимира Блащука в деле № 826/6876/15 признал незаконным и недействительным с момента принятия постановление НКРЭКУ от 26 февраля 2015 года № 220 «Об установлении тарифов на электроэнергию, отпускаемую населению».

Суд удовлетворил заявленные исковые требования частично. Постановление НКРЭКУ незаконно, поскольку согласно действующей на момент его принятия редакции части 2 ст. 12 Закона «Об электроэнергетике» исключительные полномочия по установлению тарифов на электроэнергию были только у Национальной комиссии, осуществляющей государственное регулирование в сфере энергетики (НКРЭ). При этом такие полномочия были предоставлены НКРЭКУ, то есть объединенной Национальной комиссии, осуществляющей государственное регулирование в сфере энергетики и коммунальных услуг, только Законом № 514-VIII от 4 июня 2015 года, который приобрел юридическую силу 16 июля 2015 года.

Также суд отметил, что властные полномочия, предоставленные субъекту именно законом, могут быть изменены в сторону уменьшения или быть предоставлены другому лицу только законом, а не подзаконным нормативно-правовым актом.

Таким образом, обжалуемое постановление НКРЭКУ о поэтапном повышении тарифов принято с превышением властных полномочий, установленных законом, а именно, ч.2 ст. 12 Закона «Об электроэнергетике» и ст. 3 Закона «О естественных монополиях».

Проще говоря, последние два повышения тарифов на электроэнергию с апреля и с сентября 2015 года являются незаконными, и граждане получают полное право по ним не платить.

Впрочем, особо радоваться не стоит. Во-первых, ответчик может подать апелляцию, и не факт, что апелляционная инстанция подтвердит вердикт первой инстанции. Во-вторых, НКРЭКУ может повторно утвердить постановление о введении тарифов, пусть даже с некоторой отсрочкой по времени. В-третьих, в суть тарифного беспредела суд не вдавался, постановление признано незаконным по так называемым формальным, процедурным признакам, что, конечно, тоже хорошо, поскольку судебная власть сподобилась хотя бы на такое, но принципиально это ничего не меняет, ибо население продолжают душить тарифной удавкой.

А главное, в-четвертых, справедливое, но несколько неожиданное решение суда слишком уж похоже на межолигархические разборки с Ахметовым. В этом смысле обращает на себя внимание тот факт, что постановление НКРЭКУ датировано февралем, а суд принял решение о его очевидной незаконности только в сентябре. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, если вспомнить, что значительная часть тепловой генерации находится в руках Ахметова, и именно в это время произошло закулисное обострение отношений Ахметова с Порошенко, который провозгласил «деолигархизацию», забыв начать с себя любимого.

К мысли о разборках с Ахметовым подталкивает расследование, начатое Антимонопольным комитетом Украины (АМКУ) в отношении энергохолдинга Донецкая топливно-энергетическая компания (ДТЭК), который связывают с Ахметовым. Разбирательство начато по вопросу о монопольном положении ДТЭК на рынке электроэнергии. Как сообщил глава АМКУ Юрий Терентьев, решение об открытии дела принял государственный уполномоченный по итогам заседания АМКУ 17 сентября, проводившегося в закрытом режиме. И здесь, как видим, активные действия начались почему-то именно в сентябре, хотя на рынке тепловой генерации ДТЭК занимает монопольное положение давно, контролируя 9 из 15 тепловых станций, не считая компанию «Киевэнерго», имеющую свои генерирующие мощности.

То обстоятельство, что в данном случае речь идет именно о «разборках», а не об установлении справедливости, подтверждается высказываниями исполнительного директора Энергетической ассоциации Украины Юрия Кияшко: «Думаю, что это связано с политикой, с переделом собственности. Потому что оснований считать монополистом компанию нет», — подчеркнул он.

По мнению Кияшко, монополизация рынка компанией ДТЭК отсутствует. «Чтобы быть монополистом, надо производить треть товарной продукции, а у этой компании доля около 27%. Если кто-то считает, что они монополисты, то АМКУ проведет расследование, но я думаю, что оно не будет иметь никаких последствий для ДТЭКа. Результат этого расследования будет нулевой», — заявил он.

Кияшко пояснил, что энергорынок работает на основе ценовых заявок производителей электроэнергии. «При этом выбирается энергоблок с минимальной ценой. Доказать здесь какие-то согласованные действия, думаю, невозможно», — подчеркнул эксперт.

Исполнительный директор Энергетической ассоциации Украины также отметил, что АМКУ и Национальная комиссия, осуществляющая государственное регулирование в сферах энергетики и коммунальных услуг, имеют все необходимые полномочия, чтобы не допустить злоупотреблений среди участников рынка.

«Они обязаны за этим следить. В обязанности Антимонопольного комитета входит мониторинг цен, и если они что-то заметили, Нацкомиссия, как регулятор, может и должна отреагировать изменениями в тарифах», — пояснил Кияшко.

Чтобы понять смысл подобных разглагольствований, следует немного знать подоплеку и хотя бы в общих чертах понимать ситуацию в энергетике. Начнем с последнего.

Действительно, доля тепловой генерации, которая еще не так давно составляла, можно сказать, половину производимой в стране электроэнергии, сейчас резко обвалилась в связи с катастрофической нехваткой угля, вызванной войной на Донбассе, и общим бардаком в олигархической экономике страны, в которой доминируют шкурные интересы олигархов, а не граждан и страны.

По данным госпредприятия «Энергорынок», с 11.09.2015 по 20.09.2015 производители электрической энергии поставили на оптовый энергорынок Украины 3 410 486 МВт*ч электроэнергии. Из них 2 140 167 МВт*ч, или 62,75%, выработано атомными электростанциями, а 991 793 МВт*ч, или 29,08%, поставлено тепловыми станциями. Остальные объемы энергии поставляют гидроэлектростанции и нетрадиционная энергетика, но сейчас принимать их во внимание не будем. Очевидно, что ТЭС поставили энергии значительно меньше, а поскольку ДТЭК Ахметова принадлежат 9 из 15 ТЭС, то говорить о его монополии вроде бы нет оснований. Но все не так просто.

Прежде всего стоимость «тепловой» электроэнергии значительно выше стоимости электроэнергии, поставляемой вторым, а точнее даже первым, важнейшим ее производителем в лице атомных станций. По данным Оптового рынка электроэнергии, в период с 11.09.2015 по 20.09.2015 средняя стоимость электроэнергии, закупаемой рынком у генерирующих предприятий, составила 715,78 гривны за 1 МВт*ч. При этом у НАЭК «Энергоатом» энергия закупалась по 425,89 гривны за 1 МВт*ч, а у тепловых станций, включая принадлежащие ДТЭК, — по 1041,76 гривны за 1 МВт*ч.

Как видим, «атомный» киловатт дешевле «теплового» собрата примерно в два с половиной раза. Таким образом, существенно уступая атомной энергетике в натуральном выражении, тепловая генерация даже превосходит в денежном исчислении. Причем так было всегда, и есть обоснованные подозрения, что подобное ценовое неравенство установлено, в том числе, при деятельном участии ахметовского лобби во властных и регуляторных структурах.

В этом смысле упомянутое выше решение суда о признании незаконным постановления НКРЭКУ, где, по слухам, сильны позиции Ахметова, по крайне мере, косвенно направлено против структур Ахметова.

Наконец, тепловая энергетика — главное средство маневрирования мощностями при скачкообразных изменениях потребления. Особенностью атомных энергоблоков, как известно, является их инерционность, то есть неспособность резко увеличивать или уменьшать генерируемую мощность в зависимости от потребления. Оптимальным и безопасным режимом работы атомного блока является стабильная генерация. Более того, скачкообразные режимы очень вредны для атомных энергоблоков и чреваты серьезными последствиями, в том числе для ядерной безопасности. Для резкого увеличения мощности в «часы пик» и ее быстрого снижения во время ночного минимума потребления используется прежде всего тепловая генерация. Поскольку ДТЭК контролирует значительную часть маневренной тепловой генерации, говорить об отсутствии монопольного положения неправильно, и заявления исполнительного директора Энергетической ассоциации Украины Юрия Кияшко об отсутствии со стороны ДТЭК монополизма выглядят достаточно сомнительно.

Здесь следует обратить внимание на одну особенность. Ахметов и его структуры неоднократно были замечены в том, что поддерживают разного рода экспертов, специализирующихся на рассуждениях в сфере энергетики, транспорта и прочих отраслей, представляющих интерес для Ахметова. Едва ли стоит подчеркивать, что в случае надобности, эти эксперты говорят то, что выгодно Ахметову, создавая, таким образом, необходимое «мнение экспертного сообщества», этакий «пиар-шум» в нужном Ахметову ключе. Кстати, это ярчайший пример продажности многих широко разрекламированных «гражданских обществ», «экспертных сообществ», «негосударственных организаций» и так далее. Похоже, в случае с Кияшко как раз это и имеет место.

А вот в чем Кияшко прав, так это в политическом характере неожиданно начавшегося антимонопольного расследования в отношении ДТЭК. Хотя и здесь следует уточнить, что корректно было бы говорить не о политике, а именно о «разборках», хотя в отечественной традиции это почти одно и то же.

Скорее всего, Кияшко прав и в том, что начатое антимонопольное расследование никаких реальных результатов для страны и граждан не даст. Затеяно оно, очевидно, для торга власти с олигархом.

Если бы власть действительно намеревалась взяться за наведение порядка в тепловой энергетике, главный упор следовало бы сделать не на весьма туманные и достаточно сложно доказуемые антимонопольные расследования, а на вполне конкретные факты манипуляций с целью извлечения наживы, о которых говорил министр энергетики и угольной промышленности Владимир Демчишин.

В частности, министр обвинил энергохолдинг Ахметова ДТЭК в создании искусственного дефицита угля. По словам Демчишина, это выразилось в нежелании поставлять на склады теплоэлектростанций компании уголь, который в объеме 600 тыс. тонн лежит на складах предприятия «ДТЭК Павлоградуголь». На брифинге в Кабмине министр заявил: «ДТЭК добывает и хранит уголь у себя на складах. На станции не везет и держит нас всех под напряжением… 600 тыс. тонн на складе в Павлограде — это как минимум половина того объема, который нужен дополнительно для станций, работающих на газовом угле… Мои попытки убедить их, где хранить уголь, или у себя на Павлограде, или перевезти его на 100 км на Кураховскую или на Запорожскую электростанцию (принадлежат ДТЭК.. — Авт.), безрезультатны. А так было бы гораздо спокойнее и проще».

Кроме того, Демчишин обратил внимание на тот факт, что энергокомпании используют практику занижения реальных объемов топлива на складах и манипулируют его расходом: «Они рапортуют, что на 1 кВт электроэнергии тратят определенный объем угля, и для того, чтобы свести это все с себестоимостью, показывают, что потребление больше. Например, они показывают 390 граммов, а на самом деле потребляют 360».

Ччиновник обвинил энергокомпании также в том, что на ТЭС они могут привозить уголь, качество которого в действительности хуже, чем указано в сопроводительной документации: «То есть они привезли дорогой уголь, а на самом деле он был дешевым и низкокалорийным. Его сожгли, потратили больше, чем по нормативу, а теперь нам всем рассказывают, что получили огромную себестоимость».

Кроме того, изрядный запас угля газовой группы держится на подконтрольной ДТЭК Бурштынской ТЭС, которая практически отсоединена от общей энергосистемы и производит электроэнергию для экспорта за рубеж. Таким образом, во время войны и жесточайшего экономического кризиса, в ситуации, когда стране катастрофически не хватает мощностей и топлива для обеспечения себя электроэнергией, структуры Ахметова экспортируют электроэнергию, а ее нехватку приходится закупать за валюту у страны-агрессора, то есть у России.

Словом, фактов, по которым можно было бы начать не эфемерное антимонопольное, а настоящее уголовное расследование, более чем достаточно. Их более чем достаточно и для национализации энергетики, поскольку отечественная практика показала: никакого «эффективного частного собственника» в наших условиях в этой сфере нет и не будет и энергетика должна контролироваться государством.

Вместо реальных и решительных шагов публику развлекают потешными «расследованиями», за которыми скрываются межолигархические «терки». Впрочем, для реальных и решительных шагов в стране должна быть другая власть, даже более того, другой социально-экономический уклад.